21 Ноября 2017

Итоги СОP-23 в Бонне: удар по углю ради климата

Прошедшая 6-17 ноября в Бонне (федеральная земля Северный Рейн – Вестфалия) 23-я сессия Конференции сторон рамочной конвенции ООН об изменении климата (СОР-23) была преимущественно бюрократической и не имела официальных результатов. Но собрала 25 тыс. участников из различных стран мира, которые обсудили будущие механизмы реализации Парижского соглашения по климату и снова громко отказались от угля.

Поделиться в социальных сетях

У СОР-23 было несколько особенностей. Во-первых, председателем конференции выступало островное государство Фиджи. Но поскольку этот архипелаг не был в состоянии провести на своей территории столь масштабное мероприятие, СОР-23 перенесли в Бонн, где базируется Секретариат Рамочной конвенции ООН об изменении климата.

Во-вторых, по численности участников конференция заняла третье место после ставшего уже историческим Парижа (2015 год) и Копенгагена (2009 год). Любопытная деталь: США активно участвовали в переговорах (до ноября 2020 года у них есть на это право), несмотря на то, что страна по решению президента Дональда Трампа решила выйти из Парижского соглашения по климату. Особое внимание в Бонне было приковано к активистам и представителям отдельных американских университетов, городов и штатов, приехавшим на СОР-23, чтобы заявить о своей позиции, зачастую отличавшейся от официальной. Наиболее ярким представителем этой группы, естественно, стал Арнольд Шварценеггер – кинозвезда и бывший губернатор Калифорнии.

В-третьих, весьма активно в СОР-23 участвовала и Россия. «На площадке конференции был открыт российский павильон с метровой фигурой матрешки у входа, его посетителей поили чаем из самовара, а о подробностях российской экологической программы рассказывали «снегурочки» в коротких белых платьях. В общей сложности в Бонне прошло более 20 мероприятий, целью которых стало прояснение позиции РФ в переговорах по климату (зачастую непонятной международным наблюдателям)», - написала по этому поводу газета «Коммерсант».

Итоги конференции можно разделить на три части. Как заявил в комментарии для «Кислород.ЛАЙФ» руководитель климатической программы Всемирного фонда дикой природы (WWF) России Алексей Кокорин, прежде всего, в Бонне был сделан шаг вперед в разработке свода правил Парижского соглашения, которые должны быть приняты через год, в декабре 2018 года. «Это небольшое продвижение вперед, но если смотреть на опыт ООН, то можно сказать, что это нормальный ход переговоров, вполне успешное продвижение вперед. Есть структура будущих решений и их черновые варианты», – считает Кокорин. Окончательные же решения, по всем планам, будут приняты в 2018 году на следующей климатической конференции в Катовице – одном из центров угольной и металлургической промышленности Польши.

Кроме того, говорит Кокорин, провалились попытки уязвимых для изменений климата стран, многие из которых в ближайшие десятилетия может накрыть мировой океан (например, те же Фиджи), добиться ускорения финансирования по так называемому «потерянному ущербу» - таким последствиям климата, к которым нельзя адаптироваться. Например, к полному затоплению острова. В этом случае, кстати, риски потери имущества не покроет ни одна страховая компания. «Попытка выделить это в отдельный канал финансирования и добиться предсказуемости выделения средств крупнейшими странами не удалась. Все богатые страны заверяли, что будут помогать, но заранее сказать, сколько денег и когда будут выделены – они не могут», – пояснил эколог.

По численности участников конференция заняла третье место после ставшего уже историческим Парижа (2015 год) и Копенгагена (2009 год)

В-третьих, был нанесен очередной «удар» по угольной промышленности. Во всяком случае, удар идеологический. За день до окончания климатических переговоров 25 стран, городов и штатов заявили о своем отказе от угля в рамках соглашения Powering Past Coal Alliance. Сначала о «поэтапном отказе от традиционного угля к 2030 году» заявили Великобритания и Канада. Затем к альянсу присоединились Австрия, Дания, Бельгия, Нидерланды, Новая Зеландия, Португалия, Коста-Рика, Финляндия, Франция, Италия, Маршалловы Острова, Мексика, Швейцария, Ниуэ и Фиджи. За странами последовали города и регионы: Ванкувер, Альберта, Вашингтон, Британская Колумбия, Квебек и Онтарио.

С 1990 года Великобритания сократила свои выбросы на 42%, а ВВП выросло на 67%. Это в немалой степени связано с 85%-ным сокращением использования угля – благодаря тому, что возобновляемые источники энергии становятся экономически эффективными. Например, оффшорный ветер стоит наполовину меньше, чем два года назад. Президент Франции Эмманюэль Макрон в свою очередь, выступая на конференции, заявил о намерении его страны полностью отказаться от угольных электростанций до конца 2021 года, отметив, что Париж делает ставку на возобновляемые источники энергии. По оценке Сети климатических действий (Climate Action Network), уголь уже сдает свои экономические позиции – с 2010 года из угольного бизнеса вышли 448 компаний. Такие страховые гиганты, как SwissRe, Zurich и крупнейший в мире Фонд суверенного благосостояния в Норвегии, тоже дивестировали из отрасли.

Стало уже общим местом мнение о том, что уголь остался одним из главных причин загрязнения воздуха и крупным потребителем водных ресурсов, в сравнении с солнечной, ветровой и геотермальной энергией. «Ситуация вокруг девистиций из угля в мире развивается очень быстро. Может показаться, что риски инвестиций в работу угольных шахт или строительство угольных электростанций незначительные, тем не менее, они есть и очень серьезные. У угля нет будущего, потому что ожидается, что технологии возобновляемых источников энергии будут еще дешевле в ближайшие 5-10 лет», - комментирует важное событие Ирина Ставчук, координатор климатической сети CAN ВЕКЦА.

«Создание альянса и мораторий на строительство новых станций – это очень серьезный сигнал. Нас не должно вводить в заблуждение, что там пока нет азиатских стран – главных импортеров российского угля. Они тоже кардинально пересматривают свои угольные планы и находятся на этапе сокращения потребления угля и его экспорта. Поэтому явно прослеживается и прямое влияние на Россию в самом ближайшем будущем», - говорит Алексей Кокорин. В частности, Южная Корея, являющаяся одним из крупнейших покупателей российского угля, готова переключиться на закупку российского газа с Ямала, рассказал эколог. «Энергетические экономики стран СНГ должны незамедлительно направить прибыль от угольной энергетики в сектор развития возобновляемых источников энергии для диверсификации своего энергетического портфеля и достижения устойчивого экономического развития с учетом социальных и экологических аспектов», - говорит Элина Досжанова, директор ОФ «Социально-Экологический Фонд» (Казахстан).

По словам советника президента России по климату Александра Бедрицкого, «все заявления о том, что завтра надо отказаться от угля, — безответственные вещи. Во-первых, они нереальны, во-вторых, это не то, что может на практике быть реализовано в один момент». «За добычей угля стоят люди. Для того чтобы отказаться от угля, нужно дать этим людям работу. А если говорить об абсолютных цифрах, то у ФРГ 40% угля, 37% — возобновляемые источники. А у нас — 14% угля, 50% газа, остальное — гидро- и атомная энергетика. У нас на 85% — по отношению к климату — энергетика куда более чистая, чем у других», - уверен советник президента РФ. Неудивительно, что весьма аккуратно про судьбу угля говорила и канцлер Германии Ангела Меркель. Сокращение добычи угля должно внести «существенный вклад» в достижение целей по борьбе с изменениями климата, заявила канцлер, отметив при этом, что отказ от угля напрямую связан с такими вопросами, как рабочие места и стоимость электроэнергии.

«Мы рассматриваем Парижское соглашение с точки зрения возможностей для повышения конкурентоспособности российской экономики и отечественной продукции на мировом рынке. Спрос на продукцию, произведенную с наименьшим воздействием на окружающую среду, все сильнее определяет предпочтения рынков как на уровне государств, применяющих экологические стандарты, так и на уровне корпораций и граждан», – заявил также Бедрицкий. Переход к природоохранным технологиям, принятие климатических обязательств и высоких экологических стандартов становятся необходимостью: сегодня это преимущество, а в будущем – обязательное условие для сохранения доли на рынке и возможности конкурировать, уверен советник президента России.

Впрочем, решения, которые Россия может предложить миру, вызывают критику со стороны экологов. Например, «Росатом», как и годом ранее, продвигал идею о том, что мирный атом – самый безуглеродный и доступный источник энергогенерации в мире (экологи из ЮАР и Индии устроили акцию протеста прямо в павильоне, где проходила эта презентация). «Газпром» доказывал ключевую роль природного газа как «переходного» вида топлива к низкоуглеродной энергетике. А представители En+ Group говорили о перспективах гидроэнергетики как абсолютно безуглеродного типа генерации. ОК «Русал» представил новый бренд низкоуглеродного алюминия ALLOW (производится с использованием гидроэнергетики и потому имеет более низкий углеродный след в сравнении, например, с китайским алюминием, для производства которого используются угольные ТЭС).

За день до окончания климатических переговоров 25 стран, городов и штатов заявили о своем отказе от угля в рамках соглашения Powering Past Coal Alliance
Игорь Ермаченков Журналист