25 Ноября 2016

Объявлен ли в мире «крестовый поход» против угля?

По всей видимости, нет. Или, по крайне мере, этот «крестовый поход» объявлен не против угля как такового, а против того, чтобы уголь оставался топливом в конкретных и, как правило, самых развитых странах.
Поделиться в социальных сетях
О «крестовом походе» против угля заявил в начале этого года губернатор Кемеровской области Аман Тулеев. После конференции ООН в декабре 2015 года в Париже, где было подписано ставшее теперь историческим Соглашение по климату, в мире принимаются законы по сокращению угольной генерации, запрету ее использования на тепловых электростанциях, поскольку «уголь якобы грязное топливо», сетовал тогда Тулеев.

С легкой руки кемеровского губернатора, для которого уголь по понятной причине – святыня, тезис о «крестовом походе» вошел в обиход журналистов. Помогли и угольщики, поддержавшие Тулеева всей мощью собственных PR-ресурсов. Так, в Кузбассе даже было создано общественное движение «Право на уголь», выступавшее в защиту отрасли от углеродного регулирования и других посягательств. Апофеозом, конечно, можно считать недавний шаг профсоюза «Шахтеры Кузбасса». В открытом письме эта организация пригласила в регион избранного президентом США Дональда Трампа. В нем теперь видят чуть ли не спасителя традиционных «углеродных» отраслей; на другом полюсе, в последнем круге ада, естественно, давно разместился Барак Обама.

Но, как оказалось, никто в мире на самом деле от угля отказываться не планирует. На климатической конференции ООН в Марракеше был представлен доклад «Углеродный капкан: как международное угольное финансирование подрывает Парижское соглашение и развитие чистой энергетики», подготовленный Советом по защите природных ресурсов (NRDC, США). Согласно проведенному исследованию, в 2007-2015 годах страны из G20 – клуба правительств и банков стран с наиболее развитой экономикой, членом которого является и Россия – инвестировали в угольные проекты по всему миру 76 млрд долларов. Кстати, 6 млрд долларов из этой суммы были инвестированы в угольные проекты в России. Уголь стоит дорого, отмечают авторы доклада: для строительства, например, угольной ТЭС мощностью 600 МВт необходимо от 500 млн до 1,3 млрд долларов.

Несмотря на то, что NRDC провел большую исследовательскую работу, в нем признали, что реальные объемы сделанных инвестиций могут быть и больше. Дело в том, что правительственные органы многих стран «скрывают, что обеспечивают постоянную поддержку ископаемого топлива и угля в частности». Финансирование многих проектов ведется через экспортно-импортные агентства, и не является достаточно публичным. Все риски и выбросы перекладываются на бедные страны, тогда как компании из развитых стран получают прибыли от контрактов на проектирование, строительство, оборудование и т.д.

Лидерами угольного финансирования, по данным доклада, в 2007-2015 годы стали Китай (25 млрд), Япония (21 млрд), Германия (9 млрд) и Южная Корея (7 млрд), суммарно предоставившие 80% инвестиций G20 в добычу и сжигание этого вида топлива. Более того, страны G20 останавливаться на достигнутом не собираются. В их планах – вложить в угольную индустрию еще 24 млрд долларов. Лидерами этой гонки станут Япония (10 млрд, в первую очередь в Индонезии и Вьетнаме) и Китай (8 млрд), а из европейских стран – Германия, которая планирует вкладывать средства в проекты в том числе в России и Казахстане. Два азиатских государства подписали Парижское соглашение по климату, и вроде бы выступают его основными апологетами и драйверами. Но при этом продолжают, по сути, соревноваться друг с другом в инвестировании в угольные проекты.

Интересно, что с 1 января 2017 года в странах-членах ОЭСР вступят в силу новые правила финансирования угольных проектов по линии экспортных кредитов, налагающие запрет на инвестирование в крупные (мощностью более 500 МВт) станции, не оснащенные технологиями улавливания и хранения углерода. Однако финансирование менее мощных станций в беднейших развивающихся странах и странах с ограниченной электрификацией по-прежнему будет возможно. Впрочем, в докладе признается, что строительство угольных ТЭС действительно допустимо в случае «очень редких обстоятельств, в которых никакой другой вариант не доступен для обеспечения немедленного доступа к энергии в странах с низкими доходами населения».

Сбывается надежда Амана Тулеева. Кроме «золотого миллиарда» населения, имеющего все, есть еще страны, где живут остальные 6 млрд человек, «которые не могут себе позволить дорогих экспериментов с энергией, таких как ветряки, солнечная и атомная электроэнергия». «А 1 млрд 100 млн человек вообще не имеют электроэнергии. И электричество им нужно по доступной цене! Поэтому уголь для них – самое экономически эффективное и удобное топливо», - говорил губернатор в начале года. Так оно, по сути, все и складывается.

В мире идет не «крестовый поход» против угля, а перемещение его как топлива из цивилизации в менее развитые страны. И роль России в этих процессах выходит не очень завидной – это роль поставщика ресурсов. По мнению NRDC, странам G20 и государствам, которые не являются членами ОЭСР, необходимо расширять ограничения на финансирование угольных проектов (включая разведку и добычу). В том числе – государственными институтами развития (экспортными агентствами, банками и т.п.). Ведь на земле нельзя построить рай в отдельно взятом месте – планета этого просто не допустит.

«Даже относительно эффективные угольных электростанции несовместимы с принятыми на глобальном уровне целями по изменению климата. Страны G20 должны быть лидерами в отказе от угольных инвестиций, и не отставать от частного сектора, который уже совершает этот сдвиг. Финансирование угольных проектов за рубежом также контрастирует с внутренней политикой. Например, правительство Великобритании заявило о постепенном закрытии всей угольной генерации в стране к 2023 году. Учитывая влияние угля на климат, здоровье население и окружающую среду, такие проекты не должны финансироваться вообще – оставьте в покое миллиарды государственных средств. Инвестирование и субсидирование угольных проектов на фоне принятых целей по сокращению выбросов углекислого газа недопустимо для планеты. Страны G20 не должны инвестировать в уголь в других странах… Стоит перенаправить эти инвестиции в более чистые источники энергии», - отмечается в докладе.