23 Июня 2017

Возможна ли зеленая энергетическая революция в России?

Ответ: не в ближайшее время. На ВИЭ к концу 2024 года, даже при идеальном стечении обстоятельств, придется лишь около 5% от установленной мощности генерации в РФ. В реальности – вряд ли больше 2-3%. А это - далеко не революция, считает Татьяна Ланьшина, научный сотрудник Центра экономического моделирования энергетики и экологии РАНХиГС.
Поделиться в социальных сетях
В последнее время в России происходит достаточно много позитивных событий в сфере возобновляемой энергетики. В 2015-2017 годы ГК «Хевел» было построено более десяти солнечных электростанций(СЭС) общей мощностью 100 МВт и локализовано производство солнечных модулей в Новочебоксарске. В этом году там наладили выпуск гетероструктурных солнечных модулей с более высоким КПД. В ближайшее время производить модули и устанавливать СЭС в России начнет еще одна компания, «Солар Системс», учредителем которой является китайская Amur Sirius.

Со строительством ветроэлектростанций дело долго не могло сдвинуться с мертвой точки из-за проблем с локализацией. Однако в мае этого года финская Fortum наконец-то начала монтаж первого в России ветропарка в Ульяновской области мощностью 35 МВт. К российскому рынку ветроэнергетики проявляют интерес еще несколько иностранных компаний, в частности, итальянская Enel, которая получила права на строительство ветропарков в России по результатам отбора проектов для оптового рынка электроэнергии и мощности, завершившегося в июне 2017 года. В октябре прошлого года компания «Роснано» объявила о своем намерении производить в России лопасти для ветрогенераторов. «Росатом» создает совместное производство ветрогенераторов с опытным нидерландским производителем Lagerwey. Таким образом, есть вероятность, что в ближайшие годы в России появится рынок ветроэнергетики.


Микрогенерация в России потенциально интересна лишь двум категориям граждан. Во-первых, достаточно состоятельным зеленым энтузиастам, во-вторых, жителям районов, в которых часто случаются перебои с поставками электроэнергии и которые при этом богаты ресур
Также есть надежда на то, что как в сфере ветроэнергетики, так и в сфере солнечной энергетики, появится хотя бы какая-нибудь конкуренция.

В феврале этого года зампред правительства РФ Аркадий Дворкович поручил Минэнерго и Минэкономразвития разработать план стимулирования микрогенерации за счет ВИЭ. Под микрогенерацией при этом было предложено понимать объекты, производящие электроэнергию за счет ВИЭ, с мощностью до 15 кВт, которые установлены у потребителей, в том числе у физических лиц. До этого устанавливать электростанции на ВИЭ могли участники оптового и розничных рынков, а также производители и потребители, не имеющие подключения к сети. Разрешение микрогенерации с подключением к сети является шагом к более полному использованию потенциала рынка ВИЭ в России, хотя за рамками регулирования пока еще останутся многие потенциальные генераторы, например, многоквартирные дома.

Являются ли все эти перемены к лучшему предвестником серьезной зеленой энергетической революции в России? Автору этих строк, конечно, хотелось бы ответить на этот вопрос утвердительно, однако исходя из реалий, кардинальные перемены едва ли возможны. По крайней мере в ближайшее десятилетие.

Во-первых, Россия начинает развитие ВИЭ (без учета крупной гидроэнергетики) с очень низкой стартовой базы – то есть, практически, с нуля. По данным Росстата, в 2015 году в России установленная мощность объектов ВИЭ, кроме ГЭС мощностью свыше 25 МВт, составила 0,9 ГВт; при этом большая часть этой мощности (0,5 ГВт) находилась в Крыму. Доля ВИЭ в совокупной установленной генерирующей мощности в России не дотягивает и до 0,4%. В 2015 году во всей России за счет солнечных, ветровых и геотермальных генерирующих установок было выработано менее 0,2% электроэнергии (в Крыму – 28,5%).

Во-вторых, в стране сейчас наблюдается избыток мощностей. Одновременно существенным является и износ. Но возникнет ли заинтересованность в модернизации российской энергетики именно за счет ВИЭ – большой вопрос.

В-третьих, на оптовом рынке возобновляемая энергетика развивается по четкому плану, и этот план вовсе не подразумевает бурного роста ВИЭ. Объемы ввода мощностей менялись уже три раза, и после последнего изменения в феврале 2017 года, когда часть ветровой генерации и генерации за счет малых ГЭС была отдана солнечной энергетике и мусоросжигательным заводам, на оптовом рынке электроэнергии и мощности на период до 2024 года планируется ввести в эксплуатацию 1,759 ГВт СЭС, 3,351 ГВт ВЭС и 0,425 ГВт мини-ГЭС, что в совокупности составит немногим более 5,5 ГВт (без учета «мусорной» генерации, которая, впрочем, прибавит к этой сумме всего лишь порядка 315 МВт).

Возможности развития ВИЭ на розничных рынках электроэнергии также весьма ограничены. Сетевые компании обязаны покупать электроэнергию, произведенную за счет ВИЭ, но в объеме не более 5% от потерь в сетях. Это эквивалентно всего лишь примерно 1,3 ГВт (0,5%) установленной мощности электростанций на ВИЭ. Постановление правительства РФ, поддерживающее ВИЭ на розничных рынках (№47 от 23 января 2015 года), также предусматривает поддержку ВИЭ в изолированных от ЕЭС зонах, где в сравнении с дорогой дизельной генерацией солнечная и ветровая генерация выглядят особенно привлекательно с экономической точки зрения. Правда, потребности в энергии таких зон невелики в силу низкой численности населения их населенных пунктов. Несколько лет назад НП «Совет рынка» оценивал экономический потенциал ВИЭ в таких зонах всего лишь в 1 ГВт. 

В-четвертых, надежды на то, что микрогенерация сможет стать драйвером рынка ВИЭ в России (таких мнений мало, но они есть), скорее всего, являются неоправданными. Да, в регионах, богатых солнечными и ветровыми энергоресурсами, микрогенерация может окупиться даже при действующих – невысоких в сравнении с другими странами – тарифах на электроэнергию. Но период окупаемости может составить 10 и более лет. При этом собственные или заемные средства на покупку генерирующей установки – несколько сотен тысяч рублей – будут нужны сразу. А для малых городов и тем более деревень, где зачастую 10 тыс. рублей – это уже неплохая зарплата, такая сумма может стать неподъемной. Кроме того, многое зависит от того, как в итоге будет реализована поддержка микрогенерации, в частности, будет ли подключение солнечных панелей или ветрогенератора к сети быстрым и простым для потребителя.

Вообще, микрогенерация в России потенциально интересна лишь двум категориям граждан. Во-первых, достаточно состоятельным зеленым энтузиастам, во-вторых, жителям районов, в которых часто случаются перебои с поставками электроэнергии и которые при этом богаты ресурсами ВИЭ. По экологическим причинам, кроме достаточно состоятельных зеленых энтузиастов, в России вряд ли кто-то готов переходить на ВИЭ. Да, никто не хочет жить рядом с угольной ТЭЦ, свалкой или мусоросжигательным заводом, однако на практике сознательности многих граждан пока не хватает даже для того, чтобы убрать за собой мусор после пикника и не выбрасывать отходы в лесах, экономя на их вывозе, например, в сельской местности. 

Для понимания того, как может развиваться микрогенерация в России, можно обратиться к примерам ее развития в других странах. В США на оборудование 1 млн домов солнечными панелями ушло 40 лет. Да, несколько лет назад солнечные панели были вдвое дороже, чем сейчас, а 40 лет назад – во много раз дороже. Тем не менее, вряд ли стоит ожидать, что России удастся добиться установки хотя бы миллиона микрогенерирующих установок к концу 2024 года, особенно учитывая, что в США проживают более 320 млн человек, а в России – лишь 144 млн. Даже если случится чудо, и это произойдет, то и в этом случае установленная мощность микрогенерации не превысит 5 ГВт.

Суммируя все приведенные выше оптимистичные оценки, получаем, что к концу 2024 года в лучшем случае мощность генерации на ВИЭ в России может составить 12,8 ГВт или около 5% от всей установленной в стране мощности. По факту, скорее всего, будет реализован план развития ВИЭ на оптовом рынке и будут установлены небольшие (далекие от оптимистичных оценок) объемы электростанций на ВИЭ во всех остальных сегментах рынка, в результате чего доля ВИЭ в установленной мощности к концу 2024 года не превысит 2-3%. Для сравнения: в Германии только на солнечную и ветровую энергетику уже в 2016 году пришлось 18,2% всей произведенной за год электроэнергии. К тому же, некоторые страны и регионы ставят перед собой цель полного перехода на ВИЭ. Конечно, не к концу 2024 года, а, например, к 2035 году, как Дания, или к 2050 году, как Германия. Но в России об этом пока не идет и речи.

Все изложенное выше вовсе не означает, что России не стоит развивать возобновляемую энергетику или что ВИЭ в России не имеют будущего. Это означает лишь то, что развитие ВИЭ в нашей стране по ряду причин – непростая задача, и для ее успешного решения необходимо прилагать гораздо больше усилий, чем было приложено до сих пор.

Татьяна Ланьшина

Научный сотрудник Центра экономического моделирования энергетики и экологии РАНХиГС, российский координатор глобальной инициативы «Распределенная и локальная энергетика» (DALE)