24 Января 2017

Точка невозврата для чистой энергии

Поделиться в социальных сетях
На прошлой неделе Барак Обама окончательно сдал пост президента – в США прошла инаугурация Дональда Трампа. В своем выступлении перед толпой на Капитолийском холме Трамп особенно поблагодарил чету Обама «за их помощь во время процесса перехода». «Вы были прекрасны. Спасибо!», - сказал Трамп. Но сразу же после завершения торжественной церемонии с сайта Белого дома исчезли сразу два тематических раздела – раздел, посвященный проблеме изменения климата, и раздел о защите прав ЛГБТ-меньшинств и людей с ограниченными возможностями. Белый дом пока не стал заменять данные разделы обновленными, заявили в Chicago Tribune. В газете предположили, что новая программа противодействия климатическим изменениям там вообще не появится.

Незадолго до сдачи поста Обама опубликовал в престижном научном журнале Science уже вторую научную статью, и тоже посвященную проблеме изменения климата. «Выбросы CO2, как и других парниковых газов (ПГ), повышают температуру воздуха, разрушительно влияют на погодные условия и увеличивают уровень кислотности океанов. Без вмешательства рост выбросов может привести к повышению средней температуры на 4 градуса по Цельсию и даже больше к 2100, а в северных и континентальных территориях — в полтора-два раза выше среднего. Хотя наше понимание последствий изменения климата становится все более ясным и пугающим, дебаты относительно того, правильную ли политику вели США или нет, стали темой для обсуждения в ходе передачи президентской власти. Но отложим в сторону вопросы краткосрочной политики — рост числа экономических и научных свидетельств оставляет меня в уверенности, что тренд перехода к экономике, основанной на чистой энергетике, начавшийся во время моего президентства, будет продолжен. И возможности для экономики страны воспользоваться этим трендом будут только расти. В данной статье основное внимание будет уделено четырем причинам, по которым, я считаю, тренд перехода к чистой энергии является необратимым», - начинает Барак Обама. Далее - перевод статьи.

Экономика растет, выбросы падают

США доказывают, что снижение выбросов ПГ не обязательно противоречит экономическому росту. Более того, снижение выбросов может повысить эффективность, продуктивность и внедрение инноваций. С 2008 США переживает первый продолжительный период резкого снижения выбросов и одновременного экономического роста. В энергетическом секторе выбросы CO2 снизились на 9,5% с 2008 по 2015 годы, при экономическом росте в 10%. За этот же период на 11% снизилось количество энергии, потребляемой на каждый доллар ВВП, на 8% - количество выбрасываемого CO2 на потребленную единицу энергии, а выбросы CO2 в расчете на каждый доллар ВВП снизились на 18%.

Важность этого тренда нельзя преуменьшать. Разделение связи экономического роста с ростом выбросов энергетического сектора должно положить конец аргументам о том, что борьба с изменением климата оборачивается снижением роста экономики или уровня жизни. И хотя это разделение ярче всего выражено в США, свидетельства, что экономический рост возможен без роста выбросов, существуют и в других странах. Оценки Международного энергетического агентства (МЭА) показывают, что выбросы СО2, связанные с энергетикой, в 2015-м остались такими же, как годом ранее, в то время как мировая экономика росла. МЭА отметило, что за 40 лет было лишь четыре периода, когда выбросы СО2 оставались на прежнем уровне или падали, и три из них — в ранних 1980-х, в 1992-м и 2009-м — были связаны с ослаблением мировой экономики. Недавнее прекращение роста выбросов наоборот наступило в период экономического роста.

Вместе с тем растет количество свидетельств, что любая экономическая стратегия, игнорирующая загрязнение атмосферы, будет стоить глобальной экономике огромных затрат, приведет к росту безработицы и меньшему экономическому росту в долгосрочной перспективе. Оценки экономического ущерба от нагревания планеты на 4 градуса по Цельсию по сравнению с доиндустриальным уровнем находятся в диапазоне от 1% до 5% ежегодного мирового ВВП - до 2100 года. Одна из наиболее цитируемых экономических моделей приравнивает ущерб от повышения на 4 градуса к потере примерно 4% мирового ВВП, что для федерального бюджета США может означать 340-690 млрд долларов ежегодно.

Более того, эти прогнозы не учитывают возможность катастроф, вызванных ростом ПГ в атмосфере, таких как ускоренное таяние ледяных покровов Гренландии и Антарктики, резкие изменения океанических течений или значительных выбросов ПГ из ранее замороженных почв и отложений, которые могут резко ускорить глобальное потепление. Вдобавок эти прогнозы не учитывают критический вопрос о том, насколько темпы экономического роста (а не только ВВП) зависят от изменения климата, а значит, могут существенно недооценивать потенциальный ущерб для глобальной макроэкономики.

В результате, несмотря на всю неопределенность в прогнозировании изменения климата и поведения погоды, становится все более очевидно: необходимы инвестиции для снижения выбросов и повышения уровня готовности к неизбежному изменению климата. И они будут скромными в сравнении с потерями от климатического ущерба, которых помогут избежать. Это означает, что в ближайшие годы штатам, городам и бизнесу необходимо продолжать эти критически важные инвестиции - в дополнение к разумному информированию о климатических рисках налогоплательщиков, домовладельцев, акционеров и клиентов. Глобальные страховые и перестраховочные компании уже принимают такие меры, так как их аналитические модели показывают растущий риск от изменения климата.

Снижение выбросов частных компаний

Компании начинают понимать, что снижение выбросов ПГ хорошо не только для окружающей среды. Оно также может улучшить финансовые результаты, снизить цены для потребителей и обеспечить доходность для акционеров. Энергоэффективность, пожалуй, один из лучших примеров. Правительство поощряло подобные инвестиции и инновации: моя администрация ввела выгодные стандарты экономии топлива, которые в перспективе сократят загрязнение выбросов от автомобилей, проданных с 2012 по 2029 год, на 8 млрд тонн CO2. Новые строительные правила и 44 технических стандарта сократят загрязнение на 2,4 млрд тонн СО2 и сэкономят 550 млрд долларов для потребителей к 2030 году.

Но самое главное, что эти инвестиции были сделаны компаниями, которые решили сократить потери энергии, чтобы сэкономить деньги и вложить их в другие направления своего бизнеса. Например, Alcoa поставила перед собой цель сократить интенсивность выбросов парниковых газов на 30% к 2020 году (от базового уровня 2005 года). General Motors работает над уменьшением энергопотребления производств на 20% (от исходного уровня 2011 года). Результаты подобных инвестиций видны в экономике: энергопотребление в 2015 году на 2,5% ниже, чем в 2008-м — и это при 10%-ном росте экономики за этот период!

Подобные решения корпораций помогут не только сэкономить деньги, но и создать высокооплачиваемые рабочие места. Согласно опубликованному недавно докладу Министерства энергетики США, примерно 2,2 млн американцев заняты в проектировании, монтаже и производстве энергоэффективных товаров и услуг. Это сравнимо с 1,1 млн американцев, работающих в секторах ископаемого топлива и традиционной энергетики. Курс на продолжение стимулирования бизнеса к экономии за счет снижения энергозатрат может создать множество рабочих мест и основан на лучшей экономической логике, чем продолжение субсидирования компаний, связанных с ископаемым топливом. Федеральное правительство тратит около 5 млрд долларов в год для балансирования рыночных перекосов, которые должны корректироваться самостоятельно или с помощью корпоративной налоговой реформы.

Сила рынка в энергетическом секторе

Американский рынок энергетики, крупнейший источник выбросов ПГ, сильно изменился — и в основном, из-за динамики рынка. В 2008 на газ приходился 21% выработанного электричества, сейчас — 33%. Переход с загрязняющего атмосферу угля на более чистый газ стал возможен благодаря снижению цен на голубое топливо, которое стало следствием внедрения новых технологий добычи. В перспективе стоимость использования природного газа будет ниже относительно угля, поэтому вряд ли курс изменится, и мы не увидим строительства новых угольных электростанций — вне зависимости от любых краткосрочных изменений в федеральной политике.

Хотя выбросы метана в результате добычи природного газа являются серьезной проблемой, компании в долгосрочной перспективе имеют экономический стимул для введения мер по снижению отходов в соответствии со стандартами, введенными моей администрацией. Штаты останутся на пути решения этой важной проблемы, независимо от краткосрочных решений федерального уровня.

Стоимость ВИЭ с 2008 по 2015 год резко упала — на 41% для ветра, 54% для домашних солнечных батарей и 64% — для промышленных. Согласно данным Bloomberg New Energy Finance, 2015 был годом рекордных инвестиций в чистую энергии — они были в два раза больше, чем в ископаемое топливо. Правительственная политика сыграла решающую роль, но развитие технологий и сила рынка продолжат развитие ВИЭ. В некоторых местах в США тарифы на солнечную и ветровую электроэнергию уже ниже, чем на традиционную, угольную — и без всяких субсидий!

Именно поэтому американский бизнес идет в сторону ВИЭ. Google в 2017 планирует обеспечить 100% своих потребностей чистой энергией — в основном через прямую покупку больших объемов у производителей. Walmart, крупнейший ритейлер страны, поставил аналогичную цель на ближайшие годы. 360 тыс. американцев заняты на производстве солнечной и ветровой энергии, при этом угольные электростанции обслуживает 160 тыс. человек.

Помимо рыночных сил, государственная политика также продолжит двигать чистую энергию вперед. Штаты, в которых проживает 40% населения США, продолжают развивать ВИЭ. Продолжает развиваться чистая энергетика и в других штатах. В Техасе в 2015 году доля энергии ветра составила 12% (в определенные моменты года доля превышала и 40%), а в Айове эта же доля выросла с 8% в 2008-м до рекордных 32% в 2015-м.

Глобальный импульс

Другие страны и их компании движутся вперед, стремясь извлечь выгоду, оказавшись в первых рядах гонки за чистую энергию. Так было не всегда. Совсем недавно многие верили, что лишь небольшое число продвинутых экономик должны быть ответственными за снижение выбросов ПГ и бороться с изменением климата. Но в Париже страны договорились проводить более амбициозную политику по борьбе с изменением климата и быть последовательно открытыми, следовать отчетным требованиям. Это был фундаментальный сдвиг в мировой политике, который уже принес существенные дивиденды. Парижское соглашение вступило в силу менее года назад, а на встрече в Марракеше этой осенью 110 стран, ответственных за 75% мировых выбросов, согласились, что импульс борьбы с изменением климата уже не остановить.

Хотя для реализации видения мира, закрепленного в Парижском соглашении, потребуются десятилетия, анализ индивидуального вклада стран предполагает, что достижение среднесрочных целей и рост амбиций вместе с увеличением инвестиций в технологии чистой энергии удваивают наши шансы ограничить глобальное потепление на 2 градуса по Цельсию. Если США отойдут от Парижских отношений, мы потеряем возможность влиять на выполнение обязательств другими странами, требовать прозрачности исполнения договоренностей и поощрять амбиции.

Это не значит, что следующая администрация должна проводить внутреннюю политику моей администрации. Существует множество путей и механизмов эффективного и экономичного достижения принятых в Парижском соглашении по климату целей. Парижское соглашение само по себе основано на том, что каждая страна устанавливает и обновляет собственные обязательства. Вне зависимости от внутренней политики США, уход от возможности заставить производителей ⅔ выбросов (Китай, Индию, Мексику, членов ЕС и др.) относиться к проблеме ответственно, подорвет наши экономические интересы.

Но это не должно быть политической проблемой. Успешный бизнес и успешная экономика возглавляют технологические революции и определяют тенденции рынка. И умное решение — установить долгосрочные цели по снижению выбросов, что даст уверенность американским компаниям, предпринимателям и инвесторам в том, что их инвестиции в соответствующие технологии окупятся и будут востребованы на внутреннем и мировом рынке. Именно поэтому сотни крупных компаний, в том числе энергетических — ExxonMobil и Shell, DuPont и Rio Tinto, Berkshire Hathaway Energy, Calpine, Pacific Gas and Electric Company, поддержали Парижские соглашения, а ведущие инвесторы вложили миллиард долларов в частный капитал. Поддержать прорывные исследования в области чистой энергетики, которые могут кардинально изменить наши представления о возможном.

Заключение

На основе массивных научных данных уже давно понятно, что необходимость срочных действий по смягчению последствий изменения климата реальна и ее нельзя игнорировать. В последние годы мы также видим все больше экономических причин действовать, а не оставаться безучастными. Также ясно, что отрасль ВИЭ растет, и движение к более чистому энергетическому сектору продолжится вне зависимости от краткосрочных решений нового правительства США.

Несмотря на неопределенность политического курса, с которой мы сталкиваемся, я уверен, что США лучше любой другой страны готовы противостоять изменению климата и извлечь экономическую выгоду от низкоуглеродного будущего. И дальнейшее участие в Парижских соглашениях принесет огромную пользу как для американского народа, так и для международного сообщества. Взвешенная политика США в течение следующих нескольких десятилетий приоритезирует меры по снижению углеродной зависимости американской энергосистемы, хранению углерода и сокращению других выбросов на территории США, помимо CO2.

Конечно, одно из величайших преимуществ нашей системы управления в том, что каждый президент может наметить свой собственный политический курс. И у избранного президента Дональда Трампа будет такая возможность. Что касается борьбы с изменением климата и перехода к экономике чистой энергии, то это во многом не зависит от краткосрочных политических решений — о чем свидетельствуют последние научные и экономические достижения.

Перевод Алексея Дружинина.

Первоисточник можно скачать вот здесь.